«Меня арестовали в порядке государственной охраны».

Кондакова Л. М. «Меня арестовали в порядке государственной охраны». Дневник революционера Д. И. Святского о пребывании в елецкой тюрьме. 1905-1906 гг. / Отечественные архивы. 2010. №1. С. 79-91

ИмяВ Государственном архиве Орловской области (ГАОО) в Коллекции документальных материалов по истории Орловской губернии (Ф. 1001, 38 ед. хр. за 1787-1925 гг.) хранится дневник члена большевистской фракции Елецкой группы РСДРП Даниила Иосифовича (Осиповича) Святского. Документ напи­сан в годы Первой русской революции в стенах Елецкой тюрьмы, в 1926 г. упо­минался корреспондентом «Орловской правды»1, в 2005 г. экспонировался и был включен в опубликованный перечень документов архивной выставки2, но не использовался исследователями, изучавшими историю Орловской губернии этого периода3.

Астроном, метеоролог, историк, краевед, исследователь Орловского края Д.И. Святский родился в 1881 г. в г. Севске Орловской губернии (ныне Брян­ская область) в многодетной семье священника. В 1903 г. окончил Орловскую семинарию, был привлечен по делу о распространении в Орловской губернии воззвания «Письма к крестьянам», Несколько месяцев находился под гласным надзором полиции в г. Севске, где работал на метеорологической станции земской управы4. В 1905 г. обвинен в распространении письма Гапона5, про­паганде «вредных учений» и сборе средств в пользу рабочих, пострадавших в Санкт-Петербурге 9 января 1905 г. и заключен в Орловскую тюрьму, спустя два месяца освобожден и взят под особый надзор полиции6. Вернувшись в родной город, стал членом Севской группы объединенных социалистов-революционеров7.

В сентябре Д.И. Святский переехал в Елец в связи с назначением на должность заведующего отделением губернской газеты «Орловский вестник»8. После издания 17 октября 1905 г. Манифеста «Об усовершенствовании госу­дарственного порядка»® стал организатором митингов и собраний, где высту­пал с речами, обличавшими правительство и государственный строй. В этот период он сблизился с большевиками, к октябрю 1906 г. уже значился членом ее Елецкой группы10.

22 декабря 1905 г. после обыска на квартире Святского, где была обна­ружена нелегальная литература, его вновь арестовали и препроводили в Елец­кую тюрьму, из которой освободили 15 мая следующего года11. С первого дня заключения Даниил Иосифович вел дневниковые записи.

В годы революционного подъема Д.И. Святский принимал активное уча­стие в работе Орловской ученой архивной комиссии, действительным членом которой являлся с января 1904 г., по-видимому, до 1909 г.12 Его интересова­ла главным образом история г. Севска и Севского уезда. Так, в течение 1908-1909 гг. на заседаниях комиссии были заслушаны его доклады: «Две по­говорки о Севске времен Самозванца», о монастырской тюрьме в Севском Спасском монастыре и этнографии Севского уезда (последний сделан на ма­териалах, собранных по поручению Музея императора Александра III)13. На их основе подготовлена книга «Историче­ские очерки городов Севска, Дмитровска и Комарицкой волости», не ут­ратившая своей актуальности и по сей день14. Кроме того, Святский как член (с 1905 г.) Общества для исследова­ния природы Орловской губернии то­гда же издал в Санкт-Петербурге «Очерк растительности Севского уезда Орловской губернии»15, публи­ковал статьи в журналах «Вестник зна­ния», «Природа и люди», «Ботаника»16.

Сведения о жизни Д.И. Святского после 1909 г. в архивных документах ГАОО отсутствуют, однако по другим источникам известно, что он жил в Се­верной столице, был активным членом созданного в 1909 г. Русского общест­ва любителей мироведения (РОЛМ)17. В 1912 г. инициировал создание, а за­тем редактировал его «Известия» (с 1917 г. - журнал «Мироведение»)18. Работы Святского по астрономии и ас­трологии: «Под сводом хрустального неба» (1913 г.) и Астрономические явления в русских летописях» (1915 г.) были в числе заметных изданий РОЛМ. Спустя 20 лет со дня смерти автора увидел свет и самый большой его труд – «Очерки истории ас­трономии в Древней Руси».

В образованном в 1922 г. Центральном бюро краеведения (ЦБК)19 под ру­ководством академика С.Ф. Ольденбурга20 (с 1927 г. - П.Г. Смидовича21) Да­ниил Иосифович, будучи ученым секретарем, руководил Ленинградским отде­лением ЦБК (ликвидировано в мае 1930 г.)22.

Весной 1930 г. Д.И. Святский арестован по делу РОЛМ, осужден на три го­да и направлен на строительство Беломорско-Балтийского канала. После ос­вобождения в 1932 г. вернулся в Ленинград. В феврале 1935 г. его выслали в Алма-Ату, где он работал метеорологом и вел научную работу до увольне­ния в 1937 г. «ввиду несоответствия». В 1938 г. переведен в Актюбинск и на­значен агрометеорологом. Скоропостижно скончался в январе 1940 г.23, тогда же его вдова М.Ф. Святская передала архив мужа в Географическое общест­во СССР, хранящийся там и поныне24.

Когда и при каких обстоятельствах дневник Святского попал в ГАОО, неиз­вестно. Это тетрадь в линейку, исписанная мелким неразборчивым почерком черными чернилами с обеих сторон листа. Первая запись сделана 22 декабря 1905 г., завершающая - 24 февраля 1906 г. На обороте последнего листа тет­ради - автограф начальника Елецкой уездной тюрьмы: «Итого пронумерован­ных и прошнурованных полулистов сорок восемь». Прошнурованные листы скреплены сургучной печатью смотрителя Елецкого тюремного замка. Это да­ет основание предположить, что дневник был изъят у Святского в тюрьме, а за­тем передан в одно из правоохранительных учреждений губернии.

Дневник интересен, прежде всего, авторской оценкой Манифеста 17 ок­тября 1905 г., не оправдавшего надежд мелкобуржуазных партий, которые встретили его с ликованием и рассматривали чуть ли не как венец революции; вызвавшего в губернии крестьянские бунты и забастовки железнодорожников. Наряду с личными переживаниями и размышлениями молодого революционе­ра (ему было 24 года), в дневнике имеются зарисовки тюремного быта, акций неповиновения арестантов. Автор делится впечатлениями о прочитанных в за­ключении книгах, мысленно возвращается ко времени учебы в Орловской ду­ховной семинарии, где началась его революционная деятельность. На страни­цах этого документа нашло отражение увлечение Святского астрономией.

Помимо дневниковых записей в тетради находятся конспекты «Эрфурт­ской программы»25 и книги С.Г. Сватикова26 «Общественное движение в Рос­сии», выписки из книги К.Каутского27 «Развитие форм законодательства»28, рассказ «Старый служака» (из тюремных воспоминаний), написанный Святским во время пребывания в заключении, другие тексты.

Дневник позволяет увидеть события, происходившие в российской про­винции в период революционных катаклизмов, противоборства власти и общества, а также зарождения парламентаризма в России.

Документ публикуется без купюр, восстановленные по смыслу слова и части слов заключены в квадратные скобки.

 

Вступительная статья, подготовка текста к публикации и комментарии

Л.М. КОНДАКОВОЙ.

 

 

[1]   Социал-демократы. Дело Святского и других // Орловская правда. 1926. 10 октября.

[2]   Кондакова Л.М. Манифест 17 октября 1905 года и Орловская губерния (Аннотированный перечень документов выставки из фондов Государственного архива Орловской области) // Манифест 17 октября 1905 года и российская про-винция (К 100-летию парламентаризма в России): Материалы науч.-практ. конф. Орел, 20-21 октября 2005 г. Орел, 2006.

[3] 1905 год в Орловском крае. Орел, 1926; Черменский Е. Д. Буржуазия и царизм в революции 1905-1907 гг. М.; Л., 1939; Очерки истории СССР (1905— 1907 гг.). М., 1955; Пясковский А.В. Революция 1905-1907 гг. в России. М., 1966; Ганелин Р. Ш. Российское самодержавие в 1905 г. Реформы и революция. СПб., 1991; Леонтович В.В. История либерализма I в России. М., 1995; Милюков ПЛ. Манифест 17 октября // Российские либералы: кадеты и октябристы. М., 1996; Вострикова ВВ. Образование и деятельность кадетских партийных организаций в губерниях Центрального Черноземья в годы Первой русской революции: Дис. канд. ист. наук. Орел, 1998; Тютюкин СВ. Первая русская революция в России: взгляд через I столетие // Отечественная история. 2004. Мс 6; Манифест 17 октября 1905 года и российская провинция (К 100-летию парламентаризма в России)...; Гуларян АЗ. Общественно-политическая жизнь Орловской губернии в конце XIX- начале XX века. Орел, 2007.

[4]   ГАОО. Ф. 883. Oп. 1. Д. 143. Л. 5-6; Ф. 580. Ст. 1. Д. 4282. Л. 6-7, 19-20, 28.

[5]   Гапон Георгий Аполлонович (1870— 1906) - священник. Возглавил шествие рабочих в Санкт-Петербурге к Зимнему дворцу 9 января 1905 г. Автор петиции к царю, в которой изложены политические требования рабочих: немедленное объявление свободы слова, печати, собраний, равенства всех перед законом и др. С января по май 1905 г. являлся членом РСДРП, затем партии эсеров. Обвинен эсерами в сотрудничестве с тайной полицией и казнен ими 28 марта 1906 г.

[6]   ГАОО. Ф. 883. On. 1. Д. 143. Л. 21-21 об.; Ф. 635. Oп. 1. Д. 173; Ф. 1001. Oп. 1. Д. 15. Л. 30.

[7]   Группа организована в г. Севске под руководством зубного врача К.С. Генкина в 1905 г. (точная дата не установлена), в которую временно входили также местные социал-демократы. В сентябре с отъездом Генкина из Севска (в Карачев) и Святского (в Елец), а также арестом остальных руководителей временно прекратила свою деятельность; с освобождением из-под стражи арестованных после объявления амнистии 21 октября возобновила работу до новых арестов в середине декабря 1905 г. (ГАОО. Ф. 883. Oп. 1. Д. 307. Л. 69; Ф. 580. Ст. 1. Д. 4372. Л. 12, 17-19.)

[8] «Орловский вестник» издавался в г. Орле с 1873 по 1918 г. (до 1876 г. как «Орловский справочный листок»).

[9] Российское законодательство X-XX вв.: в 9 т. Т. 9. Законодательство эпохи буржуазно-демократических революций. М., 1994. С. 41.

[10] ГАОО. Ф. 883. Oп. 1. Д. 307. Л. 50; Ф. 580. Ст. 1. Д. 4330. Л. 51, 74-80.

[11] Там же. Ф. 883. Oп. 1. Д. 349. Л. 5-6 об., 9-10.

[12] Труды Орловской ученой архивной комиссии за 1904 и 1905 гг. Орел, 1906. С. 11.

[13] ГАОО. Ф. 7. On. 1. Д. 1. Л. 1-2; Орловский вестник 1909. 20 декабря.

[14] Святский Д. Исторические очерки городов Севска, Дмитровска и Комарицкой волости. Орел, 1908.

[15] Святский Д. Очерк растительности Севского уезда Орловской губернии / Материалы к познанию природы Орловской губернии. СПб., 1905. № 3.

[16] Еремин В.Л. Святский Даниил Иосифович // Краевед, зап. Орел, 2005. Вып. 4. С. 344-345.

[17] Русское общество любителей мироведения - общество любителей естественных и физико-математических знаний и мироведения - астрономии и геофизики. Создано группой образованных представителей петербургской интеллигенции. 13 января 1909 г. внесено в реестр обществ Санкт-Петербурга. К 1929 г. в нем насчитывалось примерно 2400 членов. В 1932 г. прекратило свое существование, после того как в ОГПУ было заведено дело на его членов, многие из которых получили лагеря и ссылку.

[18] Бронштэн В А. Советская власть и давление на астрономию // Философские исследования. 1993. № 3. С. 207-223.

[19] В 1937 г. по постановлению СНК РСФСР Центральное бюро краеведения прекратило свое существование.

[20] Ольденбург Сергей Федорович (1863-1934) - востоковед, один из основателей русской индологической школы, с 1900 г. академик; с 1904 по 1929 г. непременный секретарь Петербургской АН, АН СССР. В 1917 г. министр просвещения Временного правительства; в 1930-1934 гг. директор Института востоковедения АН СССР.

[21] Смидович Петр Гермогенович (1874-1935) - советский государственный и партийный деятель. Учился в Московском университете, Щ которого за участие и студенческих кружках исключен в 1Н94 г. и выслан d Тулу. В 1895— 1898 гг. жил за границей. С 1898 г. член Петербургского комитета большевиков, агент «Искры», организатор подпольной типорафии газеты в Умани. В 1905 г. участник Декабрьского вооруженного восстании о Москве. После Февральской революции 1917 г. член МК партии, президиума исполкома Моссовета, Московского ИР К, и 1918 г. председатель Моссовета, в 1919 г. - Московского губернского СНХ. После Октябрьской революции член Президиума В ЦИК и ВСНХ, председатель Комитета содействия народностям северных окраин при ЦИК СССР.

[22] Еремин В.П. Указ. соч. С. 345.

[23] Бронштэн В А. Указ. соч. С. 207— 223.

[24] Архив Русского географического общества. Ф. 43. Личный фонд Д. И С вятского. 789 ед.хр.

[25] См.: Эрфуртская программа принята в октябре 1891 г. на съезде Социал-демократической партии Германии в г. Эрфурт. Заменила Готскую программу 1875 г., подвергнутую К.Марксом и Ф.Энгельсом критике за принципиальные уступки лассальянству и грубое искажение программных и тактических основ революционного движения.

[26] Сватиков Сергей Григорьевич (1880-1942) - историк, политический деятель, доктор философии. Член РСДРП, меньшевик. В 1905 г. издал книгу «Общественное движение в России». После Февральской революции помощник начальника Главного управления по делам милиции, комиссар Временного правительства за границей по ликвидации заграничной агентуры Департамента полиции. Октябрьскую революцию встретил враждебно, принимал активное участие в становлении Белого движения, товарищ управляющего Вооруженными силами Юга России. В феврале 1920 г. выехал в Париж, в дальнейшем парижский представитель Русского зарубежного исторического архива в Праге, член правления Русской библиотеки им. И.Тургенева.

[27] Каутский Карл (1854-1938) - немецкий экономист, историк и публицист, один из лидеров и теоретиков германской социал-демократии и 2-го Интернационала, теоретик классического марксизма, редактор четвертого тома «Капитала» К. Маркса. Будучи студентом Венского университета, примкнул в 1874 г. к социалистическому движению, в конце 1870-х гг. - к марксизму. В 1885- 1888 гг. жил в Лондоне, написал ряд работ и статей, пропагандировавших марксистские идеи. Участвовал в выработке Эрфуртской программы и подготовил обстоятельный комментарий к ней (1892 г.). После Первой мировой войны отошел от революционного марксизма.

[28] Такой работы К. Каутского не обнаружено. Видимо, Святский ошибся. Известны работы: «Развитие форм государства» (пер. А.Берлина. Ростов н/Д, 1905); «Развитие государственного строя на Западе» (пер. Львовича. СПб., 1905).

 

Дневник Д. И. Святского

22 декабря 1905 – 24 февраля 1906 г.

 

Елецкая тюрьма

22 декабря 1905 г.

Девять часов утра. Не успел проглотить утренний чай, как является пристав с понятыми и городовыми. Обычная картина. Обыск. Предписание арестовать по 29-й ст. государ[ственной] охраны1. Укладываю вещи, сажусь с городовым и еду в тюрьму. Морозный, зимний денек, но небо пасмурное. Тюрьма. Контора. Любопытные взоры при входе надзирателей, уголовных арестантов. Обычный обыск в тюрьме до последней рубашки, записи - ле­та и звание, ведут по коридорам и заточают в камеру. Одиночек нет. По­этому - большая четырехместная комната, в нижнем этаже, с окном без по­доконника и близким к потолку. Из него видна только крыша сарая и за ним монастырская ограда. Вот и вся недолга. От ареста до обыска в кон­торе время тянется долго: хочется, чтобы скорее кончилось и оставили од­ного наедине. Но для чего? Вот впереди еще долгий, долгий сумрачный день и за ним еще целая вереница длинных серых и беспросветных дней. А за стенами тюрьмы по-прежнему несется вперед неудержимая жизнь, разрушая преграды, воздвигаемые ей теми, кто хочет побороть самую жизнь. Да разве это можно!*

Меня арестовали в порядке государственной охраны, т.е. прибегнули к излюбленному средству, практикующемуся с приснопамятных дней 1881 г., т.е. как раз с года моего рождения. Целых 24 года, т.е. почти чет­верть века этот порядок остается «незыблемым». И странное дело: знаете что? Сегодня мне показалось, что Манифест 17 октября приснился мне во сне. Ведь там говорится о «незыблемых» основах гражданской свободы. Но практика говорит, что их нет, как не было и четверть века назад. А есть только «незыблемое усмотрение»**.

23 декабря

Да, так и есть. Это был сон. Манифест мне приснился. Иначе как же? В других странах, где гражданская свобода незыблема, каждое должност­ное лицо, задержавшее кого-нибудь под стражей, обязано через 24 или maximum 48 часов сообщить причину ареста обвиняемому или предъявить ему обвинение. Но вот сутки в тюрьме - серые и долгие пронеслись тяже­лым кошмаром, и все остается по-прежнему. Господин жандармский рот­мистр Е[гунов], задержавший меня, не пришел. Вероятнее всего он вовсе уехал из Е[льца] в О[рел] встречать праздник Рождества и елку. Про ме­ня он, конечно, забудет. В самом деле, надо же человеку хоть раз в год ото­рваться от канцелярщины и провести несколько дней в кругу семьи. Ведь политических дел опять столько выплыло, что только поспевай. Ну, а как же я то? А какое дело г-ну Е[гунову] до меня. Что я ему и что он мне? Он, вероятно, меня забудет. Ведь не один же я у него в «делах». Дознание на дознании сидит, следствием погоняет. Да, вот штука-то? Амнистия то­же должно быть приснилась мне? Ведь и в самом деле: все остает[ся] по- старому, и даже в некотором отношении хуже. Вышло это должно быть та­ким образом: 21 октября2 (день объявления амнистии) решились про нас на время забыть. Забыли, а потом опять вспомнили. Да еще как вспомни­ли! С декабря месяца контрамнистия распространена не только на бывших, но и [на] настоящих крамольников. Свято место пусто не бывает - и тюрь­мы опять полны.

Пришел товарищ прокурора. Нервно спрашивает, не имею ли каких за­явлений. А сам спешит. Ведь и в самом деле: как ему не спешить? Вероят­но, у него семья, а праздник на носу - надо закупить того-сего. А канцеляр­щина, ведь право, надоела. Впрочем, он хотя и на минуту, но внимателен. Я говорю: вот - схватили, бросили в тюрьму и нет никому дела. Как так,

 

*Абзац отчеркнут чернилами.

** Далее четыре абзаца за 23 декабря отчеркнут чернилами.

 

почему? В ответ передергивает плечами: «В порядке государственной охра­ны!», т.е. мы - юстиция ни при чем, если сказать проще. Ну, а как же читать-то книги дадите? Неужели будете посылать их просматривать жандар­мам в О[рел]? — «О, нет - у нас на это есть соглашение с ними». Итак юстиция ни при чем, но у них все-таки есть маленькое соглашение, и не только в отношении книг, но и писем. Последние не надо посылать в жан­дармское прав[ление], а только им, в суд. Пользуюсь этой льготой: письма мои не будут долго задерживаться. Сажусь и пишу домой на родину и на квартиру: «Пришлите книг: без этих друзей скучно».

Ломаю себе голову: за что арестовали? Перебираю в уме детали своей личной и общественной жизни в Е[льце] и никак, ни на чем не могу оста­новиться. Впрочем, о чем я беспокоюсь — в портфеле г-на Е[гунова|, веро­ятно, есть какое-нибудь секретное донесение, которое он не спешит пове­дать мне.

Вечер. Под окном на монастырской колокольне перебирает колокола монах, зовет братию на молитву и, вероятно, смотрит на мрачное здание тюрьмы. Интересно знать, на какие мысли наводит это курьезное соседст­во? Вероятно, ни на какие, т.к. мозги его давно заплыли жиром и ему все кажется так прочно стоящим на своем месте, что он ни на минуту не со­мневается в целесообразности всего, что видит, и вот хотя бы этой тюрем ной громады.

А в городе, вот за этой стеной, только чуть дальше, кипит жизнь: кто го­товится к празднику, закупает рождественские елки. А кто никак не может успокоиться от волнующей его мысли: «Как же будет дальше жить Россия?»*

24 декабря

Канун Рождества. Сюда, за стены тюрьмы предпраздничное настроение почти не проникает. Оно сказалось только в том, что на вечерней поверке вошедший ко мне старший надзиратель вывесил все свои медали и ордена и причесал усы по-праздничному; кроме того, на монастырской колокольне долго перебирали колокола, звонил и тюремный колокол, но как-то уныло и плакуче.

Тюремная встреча Сочельника. Любопытно бы поздравить господ, засадивших меня в это подземелье, с праздником мира и благоволения к лю­дям. Пожалуй, приняли бы за насмешку!

Сегодня был опять товарищ прокурора. Принес письма, которые уже успели перехватить с почты и прочесть. Но «крамолы» в них не оказалось. К тому же одно из писем пришло ко мне от двоюродного брата из Д[митровско]й тюрьмы. Он бедняга сидит там по милости штыков, шашек и на­гаек, как сам пишет, и обви[нен] по [ст.] 2693. Сидит с ноября, посажен так­же «усмотрением» какого-то пристава. Послал жалобу в Харьков[скую] судеб[ную] палату. Обычное молчание вместо ответа.

Не курю. Но сегодня выписал папирос и от скуки балуюсь папироской. Знаю, что не привыкну, и потому допускаю себе эту вольность. Надо же хоть как-нибудь вспомнить елочный праздник.

25 декабря

Елочный праздник. Неумолкаемый трезвон на монастырской колоколь­не, да особенная тишина на тюремном коридоре - вот и все, в чем сказы–

 

* Далее три абзаца за 24 декабря подчеркнуты чернилами.

 

вается здесь праздничное настроение. Один из моих соседей тянет горьков­скую: «Мне и хочется на волю,/ Да эх! Цепь порвать я не могу!»4.

Как-то встречает нынешний праздник мыслящая Россия? Должно быть, за Богом следуют скорпионы5, вместо благоволения*.

Первые дни в тюрьме еще чувствуешь себя близким к воле, еще живешь неразрывно ее интересами и злобами дня, но каждый следующий день уда­ляет все больше и больше от нее. Начинаешь жить прошлым, и понемногу мысль уносит назад на месяцы и годы, снова начинаешь переживать и чувст­вовать уже пережитое. Мысль становится спокойной и сосредоточенной**.

26 декабря

Пятый день моего одиночества. И мне еще не представили обвинения. В Англии пришли бы в ужас от такого надругательства над «неприкосно­венностью личности». Хотя она и названа «действительной неприкосновен­ностью» и в Манифесте 17 окт[ября], до практика жизни говорит, что она продолжает оставаться фальшивой неприкосновенностью. До каких это пор будет продолжаться у нас, на святой Руси - сказать трудно. Целый год сто­нет и бьется измученная страна, а между тем за богами следуют скорпио­ны. И так происходит до сего дня***.

Чем занята сейчас мыслящая Россия? Вероятно, готовится подвести итоги бурному 1905 г. Вот будет любопытное резюме. Начиная от**** пе­тербургских январских дней вплоть до вооруженного восстания в Москве произошло столько событий, что, выражаясь языком образным, ни в сказке сказать, ни пером описать. Достаточно только перечислить их, чтобы не по­разиться пестротой, яркостью красок и историчностью происшедшего. В сфере правительственных распоряжений - и то, какой калейдоскоп: вслед за 12 декабря - 18 февраля - 6 августа - 17 октября и последние указы и правительственные] сообщения!6 В сфере печатного слова7 - героические усилия «Наших дней» и «Нашей жизни». Их смерть. Воскресение послед­ней и «Сына Отечества», наконец «Начало», «Новая жизнь», «Борьба», «Московская] газета», преображение «Сына Отечества», «Жизнь», «Сво­бодный народ» и др. И затем целая серия русского свободного юмора от «Зрителя» и до «Пулемета». Одни заголовки чего стоят: «Жало», «Жупел», «Стрелы», «Сигнал» и проч. А целая серия брошюр; появление из подпо­лья того, что некогда читалось тайком! И вдруг, после всего этого - послед­ние дни старого года охвачены реакцией! Вот калейдоскоп-то!

Послал брату М[ихаилу] в Д[митровску]ю тюрьму письмо. Переписка наша продолжается между двумя казематами. Любопытное совпадение. По­слал также письмо с просьбой скорей прислать книг. Без них дни тянутся долго*****.

Сегодня попросил начальника: «Нет ли у него лишней книжечки для чтения?» Прислал сборник рассказов Мачтета8 и Марко Вовчок9. Среди них есть глупейшие, но на безрыбье и рак рыба. Есть и недурные вещицы, напр[имер], «Два мира» Мачтета. В нем рассказывается про простоту, ско-

 

* Абзац отчеркнут чернилами.

** Абзац отчеркнут чернилами.

*** Абзац отчеркнут чернилами.

****  Далее зачеркнуто: «московск.».

***** Абзац отчеркнут чернилами.

 

рость и беспристрастность суда в Америке, у «янков». Какой контраст с на­шей страной! Привлекательность рассказа заключается в том, что приведе­но удивление нескольких русских интеллигентов, попавших на чужбине в число подсудимых и по русской привычке ожидавших месяцы судебного следствия. Но все, вплоть до суда и оправдания, совершилось в один день.

Для России это все еще пока pia desideria*.

27 декабря

В нашей тюрьме сидят много крестьян, обвин[яемых] в аграрных бес­порядках, и железнодорожники. Жизнь выдвигает новые виды** преступле­ний. Раньше охранители имели дела только с политическими и админист­ративными. Теперь, значит, есть еще аграрные и железнодорожные «пре­ступники». Целых две новых категории!***

Сегодня –  [второй] день Святок. Хмель праздничного веселья, вероят­но, уже прошел на воле, и неразрешенная проблема о дальнейшей судьбе России снова встает во весь свой рост. Как-то решать ее?

28 декабря

Три дня праздника прошли совершенно незаметно - их как бы и не бы­ло здесь. Потянулись однообразные дни одиночного узника. Книг все не шлют. Сегодня начальник прислал из тюремной библиотеки «Следопыт» Фенимора Купера. Как ни смешно, а пришлось прочесть от нечего делать и этот роман, ровно не дающий ничего ни уму, ни сердцу. Припомнились бы­лые дни детства, когда бывало зачитывался этим романом и подобными. Tempura mutantor et nos mutamur in illos****.

 

1906 г.

1 января

Сегодня не ложился до полуночи. Лежал, курил и делал мысленно об­зор 1905 г., пока не пробил двенадцать раз тюремный колокол.

3 января

Наконец на 13-й день получил книги. Вот радость-то! Утром позвали в контору. Прихожу - на столе целая связка. Я начал любовно их осмат­ривать. «Разрешается взять только три», - сказал начальник, и я долго колебался, какие выбрать. В числе них между прочим взял «Коммунисти­ческий манифест» и буду читать в 10-й раз это Евангелие научного социа­лизма. Пока я выбирал другие книги, начальник просматривал «Мани­фест» - нет ли на полях каких подписей. А я смотрел и думал:***** «Все­го три года назад, будучи еще на семинарской скамье, я читал это произ­ведение великих Маркса и Энгельса****** из-под полы, боясь, что вот-вот ******* семинарское начальство заметит и исключит*******, если это было в семинарии, или жандармерия отнимет и засадит в тюрьму, если это было на

 

* Так в документе, правильно: pia desiderata - заветные мечты (лат.). Абзац отчеркнут чернилами.

** Слово вписано под зачеркнутым: «роды».

*** Абзац отчеркнут чернилами.

**** Так в документе, правильно: Tempora mutantur et nos mutantur in illis - време­на меняются, и мы меняемся вместе с ними {лат.). Абзац отчеркнут чернилами.

***** Далее зачеркнуто: «Еще в январе».

****** Далее вписано над строкой и зачеркнуто: «в издании женевских брошюрок».

******* Слово вписано над строкой.

 

квартире. Да что - 3 года! Даже в марте* 1905 г., всего значит** 10 меся­цев назад, я читал его в женевской брошюре и на ночь, помню, выносил из комнаты*** и зарывал в снег****, боясь ночного обыска. А теперь эта са­мая книжечка с предисловием нашего ветерана с[оциал]-д[емократа] Пле­ханова свободно прошла цензуру*****, прокурорский надзор, и сейчас вот-вот начальник тюрьмы просмотрел ее и, не заметив никакой крамолы, вру­чил ее мне. Я беру, несу и кладу на стол в своей одиночке. А портрет Мар­кса вырываю и водружаю на стене и долго смотрю на нашего великого учи­теля «жизни».

4 ****** января

Наконец не выдержал и сегодня подал заявление******* в жандарм­ское управление с просьбой немедленно предъявить причину ареста или освободить из-под стражи10. Посмотрим - будет какой ответ или обычное молчание?

6 января

Впервые небо прояснилось. Засияло солнце. Моя камера выходит как раз на ю[го-]в[осток] и потому сегодня приняла веселый вид. В открытую форточку доносится веселый трезвон - сегодня праздник Крещения.

7 января

Сегодня вечером делал астрономич[еские] наблюдения из своей оди­ночки. Ставил на стол скамью, взлезал на нее и с этой импровизированной обсерватории смотрел в открытую форточку. Лампу ставил под стол, чтобы не мешала. Из форточки виден Сириус, Три Волхва и вся нижняя часть созв[ездия] Ориона с блестящим Ригелем11. Кроме этого, хорошо знакомо­го и самого богатого звездного клочка неба, ничего не видно.

Книги сокращают часы одиночества – это истинные друзья. Только на долго ли их хватит?

9 января

Сегодня******** почтил память погибших борцов в Петербурге одно­дневной голодовкой.

15 января

Наконец явился Егунов и произвел допрос. Обвиняют по 132-й ст. п. 112 и 129-й ст. 2-й п.13 Отказался отвечать.

25 января

В тюрьме бунт ровно в полдень. Арестанты нашли мышей в супе. У ме­ня в камере выломали доску в двери...********* Полиция, казаки, тов[арищ] прокурора. Около моей камеры дежурит казак и городовой.

26 января

Тюрьма продолжает оставаться на военном положении. В коридоре де­журят по очереди казаки, город[овые] и пожарн[ики].

 

* Слово вписано над зачеркнутым: «феврале».

** Далее зачеркнуто: «12 мес.».

*** Слово вписано над строкой.

**** Далее зачеркнуто «чтобы».

***** Слово писано над строкой.

****** Зачеркнута цифра 5.

******* Слово вписано над зачеркнутым: «прошение».

******** Далее зачеркнуто «ради».

********* Отточие документа.

 

3 февраля

Сегодня мне объявлено, что я причислен за судеб[ным] следователем по важнейшим делам. Недоумеваю, что бы это могло значить и какое обра­щение теперь займет по отношению ко мне жандармерия?

5 февраля

Явился суд[ебный] следователь] с товарищем] прокурора], и вновь учинили допрос по тем же статьям. Отказался отвечать. Сообщили мне, что мое дело изъято из жандар[мского] управления] прокурором и передано следователю. 23 февр[аля]* приезжал пом[ощник] пристава Омельянович и спрашивал - кто инициаторы крестьянск[ого] собрания 15 дек[абря]14.

Я сказал, что по этому поводу не желаю вступать ни в какие с ним объяс­нения.

10 февраля

Узнал, что моих соседей Дружину и Политимского назначили в ссыл­ку на три г[ода] в Тоб[ольскую] губ[ернию], но до суда, который, вероят­но], будет в мае, их будут держать здесь. Их дело ведет следователь по важ[нейшим] делам, и обвин[или] по [ст.] 17 [п.] 6 Врем[енных] прави[л] о        стачках. Архангельск[ого]обвиняют в этом же.

16 февраля

Сегодня у меня на свидании была Лид[ия] Ник[олаевна] Куприянова — это первое свидание.

19 февраля

По моему же делу привлечен еще Владынин; обвин[енный] по ст. 129 - также в произнесении речи на том же митинге. Нам была устроена очная ставка со свидетелями Петровым и Левшиным. Первый перенес свое пока­зание с меня на Влад[ынина]. Второй указал на него, но с сомнением. Мы молчим.

20 февраля

Была на свидании Лид[ия] Ншсол[аевна] Купр[иянова]. Принесла мне [цветущую веточку гиацинта]**.

21 февраля

Было свидание с тов[аршцем] по семинарии К.Г. Гороховым. Он мне принес недавно вышедшую «Жизнь Иисуса» Ренана15. Прочел с удовольст­вием. Начальник вставил в наших камерах 17 февр[аля] стекла в волчках16. Сегодня я его выбил у себя и другие - у своих дверей.

23 февраля

Было свидание с Куприяновой и М.Л. Ивановой.

24 февраля

Новость! Губернатор «приговорил» меня на 2 мес. ареста за хранение револьвера или 300 р[уб.] штрафа.

 

ГАОО. Ф. 1001. Д. 15. Л. 1-5 об. Автограф. Синие чернила.

 

1  1 марта 1881 г. совершено убийство Александра II. На престол вступил Алек­сандр III, усиливший репрессии. 14 августе того же года было издано Положение о мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия, со-

 

* Так в документе. Вероятно, 3 февраля или 23 января.

** Возможны варианты прочтения.

 

гласно которому власти могли высылать нежелательных им лиц, закрывать учебные заведения, передавать дела на рассмотрение военного суда вместо гражданского, приостанавливать периодические издания. Ст. 29 предусматривала арест за неис­полнение законных распоряжений, требований или постановлений правительствен­ных и полицейских властей, а равно земских и общественных учреждений. Позже она вошла в Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями. (См.: Свод зако­нов Российской империи (далее - СЗРИ). СПб., 1899. Т. 15. Ст. 179.)

2 21 октября 1905 г. подписан высочайший указ «Об облегчении участи лиц, впавших до воспоследования высочайшего Манифеста 17 октября 1905 г. в преступ­ные деяния государственные», объявлявший амнистию; 2 декабря 1905 г. подписан указ, утвердивший Временные правила о наказуемости наиболее опасных проявлений участия в забастовках. Они фактически отменяли уголовное наказание за участие в забастовках, допускали проведение стачек с экономическими требованиями. Одна­ко виновные в подстрекательстве к стачкам на предприятиях государственного зна­чения (железные дороги, телефонные станции, телеграф и т.д.) подлежали тюремно­му заключению. Рабочим и служащим, противодействовавшим забастовкам, полага­лось денежное вознаграждение. (См.: Хроника России. XX век. М., 2002. С. 82, 86.)

3 Имеется в виду ст. 269 Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1895 г. (раздел 4-й «О преступлениях против порядка управления»). В ней преду­сматривалось такое государственное преступление, как участие в противодействии законным властям, выражавшемся в массовых протестах («публичных скопищах»), зачинщики или подговорщики которых подвергались наказанию, (См.: Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1895 г. // СЗРИ. Т. 15. Ст. 32.)

4 Имеется в виду песня неизвестного автора «Солнце всходит и заходит», ко­торую исполняли Кривой Зоб и Бубнов в пьесе М.Горького «На дне».

5 Видимо, здесь приводится следующий сюжет из Екклесиаста (Экклезиаста): Сын Соломона Ровоам отказал посланникам от народа, которых возглавлял Иеровоам, в их просьбе облегчить бремя людей, сказав: «Отец мой наложил на вас тяж­кое иго, а я увеличу иго ваше; отец мой наказывал вас бичами, а я буду наказывать вас скорпионами». (3 Цар. 12: 8-14.)

6 12 декабря 1904 г. подписан высочайший указ «О предначертаниях к усовер­шенствованию государственного порядка», в котором высказано намерение расши­рить права земства и пересмотреть законодательство о крестьянах, рабочих, старо­обрядцах, печати; 18 февраля 1905 г. Николаем II подписан рескрипт министру внутренних дел А. Г. Булыгину с обещанием привлекать к разработке новых законов выборных представителей общества; 6 августа 1905 г. - Манифест «Об учреждении Государственной думы» и Положение о выборах в нее; 17 октября - Манифест «Об усовершенствовании государственного порядка», обещавший населению неприкос­новенность личности, свободу совести, слова, собраний и союзов; 3 ноября опубли­кован Манифест «Об улучшении благосостояния и облегчении положения кресть­янского населения», объявлявший о понижении с 1 января 1906 г, выкупных пла­тежей, а с 1 января 1907 г. - их полную отмену; 24 ноября 1905 г. принят указ об отмене «предварительной как общей, так и духовной цензуры для повременных (пе­риодических) изданий, выходящих в городах империи»; и др. (См.: Хроника Рос­сии. XX век С. 67, 71, 77, 81, 83, 85.)

7 В 1905 г. в Российской империи выходило 15 тыс. периодических изданий, в том числе 47 сатирических журналов. Наиболее крупные из них «Пулемет», «Жу­пел» с приложением «Адская почта». Тираж «Пулемета» распродали моментально, на его обложке был воспроизведен Манифест 17 октября с изображением отпечат­ка кровавой руки. «Жупел» стал выходить в С.-Петербурге 2 декабря 1905 г., вы­шло три номера (1905, Щ 1-2, 1906. №3). «Адская почта» также была закрыта (1906. № 1-3). (См.: Хроника России. XX век. С. 85.)

8 Мачтет Г.А. (1852-1901) - беллетрист, публицист. По отцу, члену уездного суда в Луцке, потомок англичанина Манспэда, поступившего на шведскую службу и взятого в плен под Полтавой. За политическую неблагонадежность исключен из Немировской и Каменец-Подольской гимназий. Работал уездным учителем. В 1872-1874 гг. жил в Америке, где зарабатывал на жизнь поденной работой. Вернув­шись в Петербург, участвовал в народническом революционном движении. Печатал­ся с 1873 г.

9 Вовчок Марко (Мария Александровна Вилинская, 1833-1907) - украинская и русская писательница. Родилась в с. Екатериненском (Екатериновка) Елецкого уезда Орловской губернии. В 1851 г. вышла замуж за украинского этнографа и фольклориста А.В. Марковича, жила на Украине, затем в 1859-1867 гг. за границей (в основном во Франции), поддерживала связи с Л.Н. Толстым, И.С. Тургеневым, М.А. Бакуниным и др.; с 1867 г. в России. Сотрудничала с журналом  «Отечествен­ные записки».

10 В фонде Орловского губернского жандармского управления сохранилось прошение Д.И. С вятского, посланное из тюрьмы. (См.: ГАОО. Ф. 883. On. 1. Д. 349. Л. 2.)

11 Сириус, α Большого Пса, - ярчайшая звезда ночного неба. Его можно наблю­дать из любого региона Земли, за исключением самых северных областей. Сириус удален на 8,6 светового года от Солнечной системы и является одной из ближайших к нам звезд. Созвездие Орион хорошо видно осенью и зимой. Имеет три яркие звез­ды: Бетельгейзе, Ригель (пятка), Беллятрикс, а также три небольшие: Минтака, Альнилам и Альнитак, которые называют Поясом Ориона или Три Волхва.

12 Имеется в виду ст. 132 п. 1 Уголовного уложения: «Виновный в размноже­нии, хранении или провозе сочинений или изображений, возбуждающих к ниспро­вержению существующего в государстве общественного строя с целью распростра­нения или публичного их выставления, если распространение или публичное вы­ставление таковых не последовало». (См.: Уголовное уложение // Полный свод за­конов Российской империи. Изд. неофиц. / Под ред. А.А. Добровольского: В 2 кн. СПб., 1911. Кн. 2. Т. 15. Ст. 3869.)

13 Имеется в виду ст. 129 п. 2 Уголовного уложения: «Виновный в произнесе­нии или чтении публично речи или сочинении, или в распространении, или пуб­личном выставлении сочинения или изображения, призывающих к ниспроверже­нию существующего в государстве общественного строя». (См.: Там же. Ст. 3858.)

14  Согласно документам фонда канцелярии Орловского губернатора, крестьян­ское собрание планировали провести в помещении Елецкой земской управы 18 де­кабря. Однако из-за отсутствия на это разрешения оно не состоялось. С целью ус­тановления инициатора собрания по распоряжению елецкого полицмейстера от января 1905 г. был допрошен находившийся в тюрьме Д.И. С вятский, отказавший­ся давать объяснения. (См.: ГАОО. Ф. 580. Ст. 1. Д. 4330. Л. 111-115.)

15 Ренан Эрнест Жозеф (1823-1892) - писатель, историк, филолог. Книга «Жизнь Иисуса» (Vie de Jesus) опубликована в Париже в 1863 г., в русском пере­воде издана в 1902 г. В ней в легкой доступной художественной форме писатель раскрывает широкому читателю внутренний мир Христа, знакомит с широким кру­гом его последователей и врагов, изображает исторические условия жизни Древней Иудеи.

16 «Волчки» - специальные отверстия в дверях, через которые надзиратели могли наблюдать за арестантами.